May 31st, 2018

манул

«Дисканты, тише! Кокушкина, слабее!», или в чём смысл проекта «Активное долголетие»


В последние месяцы в московской официозной прессе идёт активный пиар собяинского проекта «Активное долголетие». Это когда пенсионерам предлагают разные виды досуга - всякая там скандинавская ходьба, художественная самодеятельность, бальные танцы, хоровое пение, изучение иностранных языков и прочая и прочая. Навязчивой рекламой этого проекта забиты все московские СМИ.

Надо сказать, что Собянин не изобрёл ничего оригинального. Подобное «Активное долголетие» было описано в классической литературе ещё 90 лет назад:

«Остап Бендер потянул тяжелую дубовую дверь воробьяниновского особняка и очутился в вестибюле. Здесь пахло подгоревшей кашей. Из верхних помещений неслась разноголосица, похожая на отдаленное «ура» в цепи. Никого не было, и никто не появился. Вверх вела двумя маршами дубовая лестница с лаковыми некогда ступенями. Теперь в ней торчали только кольца, а самих медных прутьев, прижимавших когда-то ковер к ступенькам, не было.
«Предводитель команчей жил, однако, в пошлой роскоши», -- думал Остап, подымаясь наверх.
В первой же комнате, светлой и просторной, сидели в кружок десятка полтора седеньких старушек в платьях из наидешевейшего туальденора мышиного цвета. Напряженно вытянув сухие шеи и глядя на стоявшего в центре человека в цветущем возрасте, старухи пели:
Слышен звон бубенцов издалека.
Это тройки знакомый разбег.
А вдали простирался широко
Белым саваном искристый снег.
Предводитель хора, в серой толстовке из того же туальденора и туальденоровых брюках, отбивал такт обеими руками и, вертясь, покрикивал:
-- Дисканты, тише! Кокушкина -- слабее!»
(И.Ильф, Е.Петров. «Двенадцать стульев»)

Вот кто-нибудь объясните, в чём цель этого проекта, да ещё с таким пиаром?

Возможно, это как-то связано с предстоящими в сентябре выборами Собянина. Ни для кого не секрет, какие социальные группы являются основной электоральной базой партии власти. Вполне возможно, в перерывах между занятиями хоровым пением и английским языком преподаватели будут ненавязчиво пояснять пенсионерам, кому они обязаны этим благолепием и кого они должны отблагодарить за это на сентябрьских выборах.

Вполне возможно, что всё проще: на этот проект будет выделяться большой бюджет, и этот бюджет планируется пилить. Тут тоже всё по классике:

«-- Нет, нет. Здесь у нас занимаются кружки: хоровой, драматический, изобразительные искусства, музыкальный кружок...
Дойдя до слова «музыкальный», Александр Яковлевич покраснел. Сначала запылал подбородок, потом лоб и щеки. Альхену было очень стыдно. Он давно уже продал все инструменты духовой капеллы.
В поисках пожарной опасности инспектор попал на кухню. Там, в большом бельевом котле, варилась каша, запах которой великий комбинатор учуял еще в вестибюле. Остап покрутил носом и сказал:
-- Это что, на машинном масле?
-- Ей-богу, на чистом сливочном! -- сказал Альхен, краснея до слез. -- Мы на ферме покупаем.
Ему было очень стыдно.
В кухне стула тоже не было. Была только жирная табуретка, на которой сидел повар в переднике и колпаке из туальденора.
-- Почему это у вас все наряды серого цвета, да и кисейка такая, что ею только окна вытирать?
Застенчивый Альхен потупился еще больше.
-- Кредитов отпускают в недостаточном количестве.
Он был противен самому себе».
(из того же литературного произведения)

А у меня вот такая версия. Активный пиар данного собянирнского проекта - это идейная подготовка населения к планируемому повышению пенсионного возраста. Типа, если ты в 70-80 лет до сих пор такой активно-долголетний, то незачем тебе создавать нагрузку для московского бюджета, протирая штаны в «Активном долголетии», а иди работай. И вообще, пенсии давать только тем, «кто в них действительно нуждается»:

«Между тем помрачневший инспектор пожарной охраны спустился задом по чердачной лестнице и, снова очутившись в кухне, увидел пятерых граждан, которые прямо руками выкапывали из бочки кислую капусту и обжирались ею. Ели они в молчании. Один только Паша Эмильевич по-гурмански крутил головой и, снимая с усов капустные водоросли, с трудом говорил:
-- Такую капусту грешно есть помимо водки.
-- Новая партия старушек? -- спросил Остап.
-- Это сироты, -- ответил Альхен, выжимая плечом инспектора из кухни и исподволь грозя сиротам кулаком.
-- Дети Поволжья?
Альхен замялся.
-- Тяжелое наследье царского режима?
Альхен развел руками, мол, ничего не поделаешь, раз такое наследие».
(из того же литературного произведения).

Будем надеяться, что эта и все остальные антисоциальные путинско-собянинские «реформы» закончатся для их организаторов в соответствии с тем же классическим произведением:

«-- Один мой знакомый, -- сказал Остап веско, -- тоже продавал государственную мебель. Теперь он пошел в монахи -- сидит в допре».
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.